Блог в режиме Friends Only

friendsonly

Итак, не прошло и года, как я решила вернуться, да не одна, а с речью-объявлением. Почему я не пишу? По двум причинам. Я не успеваю и я не знаю, для кого писать. Когда заводишь блог для узкого круга близких друзей, пишешь, обращаясь к ним и только для них. Но постепенно добавляешь новых друзей, подписываешься на интересных блоги, получаешь плюсы и комментарии и наступает момент "икс", когда однажды ты осознаешь, что не знаешь, к кому обращаешься, когда создаешь новую запись, а люди, о которых давно не слышал, звонят или пишут тебе и говорят: да, кстати, читал тут недавно в твоем блоге, ты что, правда бросила Оксфорд? Ой. Я начинаю переживать за свое легкомыслие и за то, что недооцениваю скорость информации. И больше всего за то, что я лишаюсь возможность писать в своем блоге самое интересное - глупости. 

Поэтому решено было поступить так. С сегодняшнего дня я буду стараться писать короткие, но регулярные обновления о своей повседневной жизни в режиме "непритязательных заметок" о том, что со мной происходит, где я, о чем думаю, о людях, отношениях, буднях президента колледжа, организации разных интересных мероприятий и так далее.
Это (то есть, самое интересное) будет прятаться под замок.  А если я посмотрю/прочитаю/послушаю что-нибудь стоящее внимания и захочу написать рецензию, то, конечно, об этом я расскажу всему белому свету, то есть, без замка.

Если вы - новый читатель - добро пожаловать, я очень вам рада. Оставляйте комментарий и давайте дружить.

Привет из Лоса-Анджелеса!

Возвращаться к чему-то брошенному всегда страшно, даже если это заброшенный ЖЖ. Я очень долго молчала, потому что у меня было много вопросов и никаких ответов. К чему эта жизнь, к чему литература и к чему вообще все, чем я занимаюсь.
Теперь у меня нет никаких вопросов, и никаких ответов. Я бросила все (сюда входят Оксфорд и литература) и занимаюсь тем, чем занимаюсь - прожигаю жизнь. 
И, знаете, это совсем не страшно, когда вопросов нет, потому что просто перестаешь об этом задумываться. Ночь сменяется ночью, и привыкаешь не думать.
У безудержного веселья есть мощный стержень - ты четко понимаешь, что однажды проснешься, и вместо ночи будет день, праздник, который всегда с тобой, внезапно подойдет к концу, и придется спросить саму себя, ради чего все это было. Ты знаешь, что ответа нет, и от страшной неизбежности, от понимания, что момент ответственности однажды придет, тебе все больше и больше срывает крышу. И поэтому ты так отчаянно убиваешь время, быстро и сладко, чтобы забыть о том, что однажды оно может остановиться.




Моменты слабости

может, просто потому, что меня высушивает эта эмоционально напряженная ситуация, или потому, что я никак не могу решить, что делать с Танзанией, или потому, что я слишком медленно вычеркиваю "сделанное" в списках дел, или потому, что я просто привыкла не жаловаться, не обсуждать, и просто ждать, когда проблема перестанет быть проблемой, или потому, что я просто устала, или потому, что мое окно все еще наглухо зашторено, и я не знаю, какая сегодня погода, или или потому, что Оксфорд такой маленький и мне неоткуда черпать силы, или потому, что мне просто нужно лечь и проспать десять часов, или, скорее всего, очень просто, потому что я так давно, так давно не видела Тиму, 
я просто все утро на повторе слушаю две песни про Нью-Йорк и мечтаю отдернуть штору и увидеть, что я вдруг оказалась в самом любимом городе на Земле - а на самом деле до этого ведь еще ждать и ждать.




(no subject)

Вы все понимаете. Вы даже можете не спрашивать меня, чем я так занята, что я не появляюсь и не пишу ничего интересного, позволяя всем интересным историям уходить на периферию памяти, а потом и совсем растворяться. Я вообще, по-моему, только и делаю, что пишу бесконечные эссе. Русская литература-немецкая-русская-немецкая-русская-немецкая-теория литературы. Но зато оба моих научных руководителя считают, что я сильна в литературном анализе. Видимо, это само по себе представляет достаточно сильную мотивацию, чтобы я даже не страдала от отсутствия сна. Помимо этого я, как обычно, бегаю, тусуюсь, делаю еще кое-что очень важное, но об этом разговор через пару недель. И также, друзья мои, если вдруг (ну вдруг) в какой-нибудь вторник вы решите, что страшно соскучились по мне и хотите услышать мой голос, вы можете включить Oxide Radio и ежечасно вечером слушать мою сводку новостей=)))






Gossip Girl vs. reality

С одной стороны, знаете, я практически героиня Gossip Girl, ибо мою подругу зовут Серена, и в смс я обозначаю ее как S.
А с другой стороны, Серена и Рейчел в соседней комнате надевают крылья и готовят волшебный палочки, собираясь на Fantasy and Witchcraft Party, а шестеро моих друзей из колледжа идут одетыми одинаково, как колода карт.
Я, между тем, перечитала "Минус", "Вперед и вверх на севших батарейках" и "Елтышевых", поставила будильник на полчаса, перезагрузила мозг, поставила перед собой две чашки кофе и сажусь за эссе. 

"The Legacy of the GDR" - essay [German.2]

О пропасти между немецкими интеллектуалами и всеми остальными, и о том, что время идет, а Германия все никак не может осмыслить события XX века + текстовые разборы Ingo Schulze и Jenny Erpenbeck. Как обычно, напоминаю вам, что все ниженаписанное мне страшно дорого и поэтому (с) Olga Breininger))

The Legacy of the GDR

What strikes most about the reaction of German writers to the unification is its uncompromising demonstration of the vast gap between the masses' social maturity and awareness, desire to make their own historical decisions, and the intellectuals' not being ready to react to new fundamental changes. The Fall of the Berlin Wall was, essentially, people's enterprise, and the most serious evidence of the Wissentlichkeit of the overturn, of its being profoundly impressed into people's minds, is the amount of memes it gave birth to. The memes of Wende, the “turning point”, Mauer (the Wall), Mauerliteratur and Mauerfilme, Westalgie and Ostalgie as the two widespread reactions to the unification, or the negative image of the Stasi, State Security System, are precisely those cultural units of the epoch that have been selected and transmitted already for over two decades. Another example of a meme that has become a cliche which goes without saying in the re-unified Germany is the expression “Die zweite Stunde Null” (the second Zero Hour).

Collapse )

Good morning, Bodleian!

Я прямо поверить не могу, что сегодня я не только первой ступила в Радклифф-камеру, но и первой десять минут ждала заветного момента, хотелось бы сказать - озаренная солнечными лучами блаблабла - но на самом деле я просто переминалась с ноги на ногу в холодных проблесках утра - и это при том, что сегодня я впервые вытащила из темного угла шкафа пуховик и угги. А вот снега я за свою первую зиму в Англии не видела еще ни крупинки.
Последние четыре часа до сдачи очередного немецкого эссе, а потом ланч с моим College Adviser, это вроде наставника, которому я должна жаловаться, если у меня какие-нибудь проблемы или недовольства, связанные с факультетом. Проблем у меня нет, недовольств в 
этом семестре тоже нет.
Со своим новым куратором я встречаюсь сегодня в первый раз. В прошлом семестре у меня была 
Карол, временно, потому что она занимается французской литературой, в основном, но мой нынешний куратор был в академическом отпуске. А теперь он вернулся, и по-прежнему занимается Холокостом, и хочет со мной познакомиться прежде, чем наступит завтра и Graduate Collections - наша ежегодная проверка успеваемости "по гамбургскому" в квадратном тет-а-тете: ректор колледжа, твой наставник, общий наставник аспирантов, и бедный ты.
Карол вчера встретила меня на Arts & Societies Dinner (это такой пафосный прием для с приглашением спикера, для тех, кто связан с каким-нибудь (любым=) видом искусства, куда надо подавать заявления и ожидать потом страшно претенциозного письменного приглашения по всем правилам - на карточке, с указанием дресс-кода и RSVP в конце) и сказала, что я выгляжу счастливой и сияющей.


"Dealing with National Socialism" - essay [German.1]

Чтобы и вы, и я понимали, чем я вообще занимаюсь с утра до ночи, кроме посещения языковых классов, тусовок и непонятных семинаров, я решила выкладывать сюда свои эссе по мере их написания - в конце концов, у меня тут ЖЖ литератора, сами понимаете. 
Представители приемных комиссий университетов, куда я буду поступать в докторантуру - изучение моих плодов труда и  последующее отправление мне пригласительных писем в университеты горячо приветствуется))) Равно как и любой feedback.
Если же вы не хотите никуда меня приглашать, а просто читаете, то очень прошу - мой академический английский и мои  интеллектуальные усилия мне ужас как дороги -  поэтому не забывайте, что все они, конечно же, (c) Olga Breininger



Dealing with National Socialism

Time has come to say, with absolutely no emotional censure, that German literature needs to stop the cultural speculation in (and on) its past. However harsh it may sound, the several decades-long path of re-evaluation and justification of its Nazi past has led Germany into an impasse, political and cultural, and the post-war search of new German identity has brought the nation into denial and an even greater loss of identity in the thicket of eclectic multiculturalism.


Collapse )

К прочтению обязательно: Edward W. Said - "Orientalism"

Два автора стали лейтмотивом уже довольно продолжительного периода моей учебы в Оксфорде. Первый - это Деррида (тут виновата я сама), а второй - это Саид (потому что его цитируют все вокруг непрерывно). Совершенно очевидно, что без Саида и его "Ориентализма" жизнь англосаксонского литератора не мила. Суть концепции влиятельного постколониального критика сводится к тому, что "Ориент" - это продукт западного мышления, не имеющий почти ничего общего с собственно Востоком. Цимез концепции заключается в том, что все, кому угодно, прикладывают ее к чему угодно (как, например, Paul Crooke к расстановке сил ФРГ и ГДР сразу после объединения, что и вдохновило меня на этот пост), и даже небезуспешно.
Поэтому прошу любить и жаловать Саида. Я, наконец, вчера тоже (впервые!) поняла, зачем мне нужен Саид и процитировала его - в эссе о русской литературе. Сегодня процитировала во второй раз - чувствуете тенденцию?

К прочтению


Книга дня: "Religion and Identity in Modern Russia. The Revival of Orthodoxy and Islam,"
- очень толковое издание под редакцией профессоров из РАН, Дартмутского коледжа и Университета МакГилл, пригодится, если Вы интересуетесь политикой, литературой или культурологией, или Вас, как и меня, занимает культурная и национальная идентификация в постсоветских странах и ее артикуляция (можно так по-русски то вообще говорить??? друзья, у меня тут начинаются уже серьезные лингвистические проблемы, я признаюсь) в современной литературе.